Почти каждый день…

...в городе “праздник” - то фонарики на воду, то фонарики в небо, то такая годовщина чего-то там, то сякая, то барабулька, то семейные ценности, то песня лучший друг человека, то парад близнецов, то еще что-нибудь - сцену с площади не убирают, кто там и сколько их не смотрела, только слышно, как в матюкальники кричат торжественно-радостно-дежурные речевки, ну и музычка дурацкая, без нее никак.

Ага, хлеба и зрелищ. Хлеб пока есть, зрелища устраивают, воду почти каждый день отключают - радости полные штаны - харашо-то как тута!
Понаехавшая публика обчищает фруктовые деревья, которые просто так растут в скверах и вдоль дорог, пристают
- Патрусите дерево, патрусите, а то эти фсе внизу собрали, нам не досталось.
А там мелкая алыча, которой грош цена на рынке.
Смотришь сквозь них и идешь. Ну иногда телефоном пощелкаешь, как они раком под деревом ползают и отбирают друг у друга добычу.
- А мне гаварили, что где-то улица, а на ней вишни и сливы. Полно, бесплатно, да, целая улица!.
- Веточку, веточку наклонь, там абиркосы, достать не можем.
Прыгают под деревом, хватают тонкие веточки, они ломаются, внизу куча листьев, веток и потоптанных плодов.
А на рынке пробуют все, даже помидоры, приговаривают:
-Щас в молочный еще сходим, там смятанка, творог - вот и позавтракали. Гы-гы-гы...
В тринадцатом муж шел с приятелем (из-за поребрика) по набережной, жарко, устали, скамейки все заняты, толпы народа, муж присел на край бетонного бордюра, а приятель стал вопить:
-Нельзя! А вдруг сейчас полиция? Арестуют! Нельзя сидеть не на скамейке!
Муж покрутил у виска, сказал, что у нас не полиция, а милиция, и что посидеть на ступеньке или на бордюре в свободной стране не преступление.
Дома смеялись, удивлялись их страхам, зашоренности, готовности подчиняться.
В голову не могло прийти, что через год напишу на своей страничке в ФБ - “потенційні диверсанти”.
Территория страха - с праздничками, обысками, судилищами и дурачками, с савецким компотом в головах.
Иногда цепляют старые знакомые, и так странно, память стерла напрочь их имена. Знаю, что они крымнаши, а как зовут не помню. Стерто очень многое, что было когда-то близким, ценным, дорогим.
Что будет дальше и как долго это будет - не знаю.
Сколько бы ни было и как бы не сложилось, восстановить отношения с родственниками, знакомыми, приятелями, друзьями я не смогу.
Я не смогу простить предательство никому.
Я ничего не забуду.

Комментариев еще нет.

Leave a Reply

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.