Ландскнехты смутного времени

В силу специфики своего возникновения и развития Советский Союз, как государство и идеологическая система, в первую очередь был озабочен проблемами самосохранения. Специфика эта была очень проста - свою государственность он просто украл у своей предшественницы и, как всякий вор, постоянно боялся что "придут и потребуют вернуть".

Эта бандитская паранойя наложила естественный отпечаток на modus operandi в сфере поддержания собственной безопасности. Львиная доля любых усилий государства касалась не развития механизмов улучшения положения подданных, а постоянного ежедневного усиления армии, спецслужб и сил поддержания внутреннего режима. Страна готовилась реализовать концепт своей внешней экспансии в соответствии с идейными основами марксизма-ленинизма, для чего нужны были сильные, тренированные, дисциплинированные и лишенные критического мышления особи числом поболе.  Фигурально выражаясь, между мускулами и мозгом страна Советов предпочитала мускулы. Причем сильно прищемленный "мозг" существовал и привечался лишь в той мере, в которой он мог эти "мускулы" развивать и совершенствовать.

Граждане Советского Союза сызмальства попадали в систему совершенствования своих физических навыков, необходимых для эффективной службы в силовых структурах и нахождения в бездонном армейском резерве на случай "если завтра война, если завтра в поход...". Уроки физкультуры в школе, сдача нормативов военно-прикладного комплекса ГТО (Готов к Труду и Обороне, если кто не знает), кружки и классы военно-технических дисциплин в ДОСААФ (погуглите, если непонятно), многочисленные спортивные секции в бесчисленных спортивных обществах и клубах. В эти сети были вовлечено практически все мужское население за редким исключением клиентов медучреждений и диспансеров.

С одной стороны, коммунистическое государство, постоянно опасающееся своего народа и воюющее с ним, не было заинтересовано в обучении азам силового единоборства всех кому не лень. Но военные требовали подготовленного резерва рекрутов в количестве, достаточном для комплектования армии вторжения, и партия, скрепя сердце, мирилась с существованием школ бокса, борьбы и стрелковых секций. Но одновременно с этим осуществлялся жесткий контроль над всеми подобными заведениями. Что-что, а держать на учете оружие любого генеза большевики умели хорошо. И когда в восьмидесятых годах сквозь образовавшиеся щели в "железном занавесе" в страну стали потихоньку проникать чуждые совку, "непролетарские" системы единоборств, так называемые "восточные", система объявила им настоящую войну. Нещадно прессовались полуподпольные секции карате, ушу и тхэквондо, основателей и тренеров бросали в тюрьмы, участников брали на учет органы внутренних дел, как сомнительный и потенциально деструктивный элемент.

Но время шло, ситуация в стране ухудшалась стремительно и вскоре партии и правительству стало не до преследований инакомыслящих от спорта. А когда Союз развалился окончательно, то плотина рухнула и клубы экзотического мордобоя стали расти как грибы после дождя. Природа и общество не терпят пустоты и шефство над армией единоборцев перехватили частный капитал и сросшаяся с ним организованная преступность. Недостатка в новичках не было - массовая безработица, обнищание и всеобщая неприкаянность приводили в подвалы с боксерскими мешками толпы голодной и злой молодежи. Философская и мировоззренческая составляющая почти полностью ушла из некогда покрытых ментальным флером занятий. Осталась лишь жесткая прагматическая подготовка бойцов силового крыла криминальных группировок.

Десятки и сотни воспитанников подвалов наряду с известными еще в советское время профессионалами-чемпионами полегли в уголовных войнах девяностых годов на всем постсоветском пространстве. Своими телами они проложили дорогу выжившим в междоусобицах боссам оргпреступности к завоеванию экономического пространства в новых странах. Но главная схватка и, соответственно, иная форма применения "живого оружия" была еще впереди.

Перед вчерашними продавцами на рынках и карточными шулерами, ставшими в одночасье кирами и крезами, замаячила перспектива проникновения в доселе недоступную для них часть жизни - лабиринты большой политики. Это открывало гораздо более жирные возможности по обогащению и сулило перспективы получения политического "щита безопасности". Гораздо более надежного, чем ментовская или прокурорская крыша - боссы доморощенной мафии сами становились "крышей" в случае победы. И теперь толпы подведомственных боевиков уже не лупили и отстреливали друг друга по темным подворотням в борьбе за обменник или пивную точку. Они охраняли встречи "кандидатов в депутаты" с избирателями, отсекали деятельность неугодных боссам общественных активистов, проводили акции устрашения и "разъяснительную работу" с неопределившимися и конкурентами.

В Украине этот процесс энергично стартовал в середине девяностых годов и вышел на апогей к началу нового столетия, когда второй президентский срок Леонида Кучмы близился к закату. Наиболее широко использовали поддержку околоспортивных бригад клан Ахметова-Януковича в Донецке и клан Кернеса в Харькове. К тому времени Янукович уже был губернатором области, а Кернес - секретарем харьковского горсовета. Такому явному и неприкрытому представительству в легальных органах власти мог бы позавидовать сам Аль Капоне, который при всем своем могуществе в официальные кабинеты пройти не смог. А наши - смогли, благодаря параличу власти и тотальной коррупции.

Дорвавшиеся до рычагов и бюджетов уголовники стали обеспечивать свою "физическую защиту" легальным статусом. Многие члены спортивных банд стали сотрудниками частных охранных предприятий и даже муниципальных структурных подразделений. В знак признательности за поддержку при "восхождении" и в целях подготовки достойной "смены" свежеиспеченные "государственные мужи" стали уделять особое внимание опережающему строительству объектов спортивной инфраструктуры и материальному обеспечению спортклубов и спортивных секций. Теперь уже строили не за свои теневые прибыли, а за счет денег налогоплательщиков, к которым они так технично подобрались. На востоке Украины количество возводимых микростадионов и дворовых спортплощадок стало увеличиваться и конкурировать с ним могло лишь число открываемых торгово-развлекательных центров. Политическое пространство страны успешно осваивали люди без высшего образования, зато с крепкими кулаками, коренастой фигурой и крайне простыми человеческими радостями.

Как-то, задолго до событий Евромайдана, я заочно поспорил с одним фейсбучным товарищем. Изложив свою обеспокоенность ростом влияния силовых бригад, я высказал мысль, что, мол, следовало бы поставить все эти мастерские по производству ручных "колотушек" хоть под какой-нибудь контроль. На что услышал тезисы, знакомые до слез: жизнь все расставит по своим местам, если есть движение и общественный запрос, то не следует его тормозить, запретами ничего не добьешься. Так мы ни до чего не договорились. А спустя пару лет титушня уже вовсю безнаказанно лупила украинских патриотов, а после уже и любых активистов, несогласных с практикой и политикой ставленника Москвы Януковича. А потом случился Евромайдан, где представители органов безопасности не просто спокойно наблюдали за уголовным произволом выходцев из подвалов и качалок, но и энергично "трудились" сообща.

Сейчас, спустя два с лишним года от того времени, проблема никуда не ушла, невзирая на перемены, войну и прочие трудности. Снова время от времени притаившиеся чуть-чуть "бойцы невидимого фронта" выстраиваются в шеренгу и давят противников своих кукловодов. Пока преимущественно по поводам далеким от политики, но кто знает чьи заказы они станут принимать к исполнению завтра. И чтобы мы не получили у себя второй фронт за спиной, государству придется что-то со всем этим делать. Как минимум, сосчитать и взять на карандаш всех этих "милых" ребят с бицепсами и пустыми глазами. А заодно и прищемить хвост их хозяевам. Ибо если этого не сделать вовремя, то за свой хвост уже придется беспокоиться всем нам...

 

На оновлення сайту можна підписатись:


 

2 Comments

  1. Чуйка: хернесовские чертилы в апреле-июне под обещанные якобы 2-10 тыщ баксов в месяц от анусовоща для борьбы с хунтой мило так обменяли адольфыча на Донбасс с той стороны. Как мне видится в количестве 15-20 тыщ голов. Причем, судя по всему, они там и остались. И, судя по всему, навсегда.
    Ещё не пытался скорректировать это с кривой преступности за это время в Харькове.

Leave a Reply

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.